Перестала верить, что море решает всё. Есть города, где жильё скоро будут раздавать, а люди всё равно не едут
- 15:00 25 апреля
- Светлана Нерадовская
Самое страшное для города — не провалившийся ливнёвка, не кривые дороги и даже не застройка высотками. Самое страшное — сокращение населения.
Как так? — спросит кто-то. Город на море. Туда все едут. Здесь же рай.
На самом деле «мечтают жить на море» и «переехали на море» — это две огромные пропасти. И в Краснодарском крае есть города, которые это уже прочувствовали на своей шкуре.
Краснодар: «понаехали» оказались ресурсом
В соцсетях Краснодара всё ещё можно встретить гневные комментарии: «Хватит к нам ехать! Мы задыхаемся!» Но таких с каждым годом всё меньше. Ещё лет десять назад они были под каждым постом. Теперь — статистическая погрешность.
Почему местные жители начали затихать? Потому что они увидели результаты. Построенные школы и поликлиники. Десятки детских садов. Новые дороги и развязки. Магистраль до моря, которую можно проехать за два часа, пишет дзен-канал о путешествиях "Переезд в Краснодар".
Всё это появилось не потому, что власти вдруг полюбили Краснодарский край. А потому что в город приехали люди. А люди — это ресурс. Как нефть для страны. Только нефть кончается, а люди приносят налоги, создают валовый продукт и заставляют федеральный центр вкладывать деньги в развитие.
Москва и Санкт-Петербург это поняли давно. Казань, Нижний Новгород, Тюмень — тоже. Они буквально прыгают выше головы, чтобы привлечь туристов и новых жителей.
И только Краснодарский края ещё десять лет назад стоял с палкой и отгонял от своего прилавка тех, кто хотел купить товар.
Ситуация меняется. Но не везде.
Ростов-на-Дону: как потеряли поток
Ещё 20 лет назад Краснодар на фоне Ростова выглядел как Пенза на фоне Нижнего Новгорода. Люди ехали в Ростов толпами. А потом перестали.
Причин много. Одна из главных — отношение. В Ростове приезжий с порога чувствовал, что его не ждут. Не было гостеприимства, не было улыбок, не было желания создать комфортную среду.
Ростов проиграл. А Краснодар выиграл — именно за счёт тех самых «понаехавших». Сейчас ростовчане пытаются догонять. Но уже поздно. Потому что у людей есть выбор. И они выбирают тот город, где их ждут.
«Краснодарскую демографическую аномалию нужно не просто изучать — необходимо выстраивать систему "разруливания". За последние 5–7 лет значительный миграционный прирост привел к тому, что фактически образовалось два Краснодара. Первый я назвал более эволюционным, а второй — миграционным», - сказал Юрий Крупнов, крупный федеральный эксперт в области демографии и миграции, слова которого приводит krasnodarmedia.su.
Города на Азовском море: обратная сторона медали
Пока Краснодар растёт и близится к трём миллионам жителей (официально — полтора, но губернатор называет другие цифры), маленькие города на Азовском побережье медленно умирают.
Ейск. Население сократилось более чем на 7,5% с 2011 по 2025 год. Более 21% жителей — старше 60 лет. Пенсионеров, которые приехали на море доживать свой век. А молодёжь уезжает — нет работы, нет нормальных учебных заведений.
Приморско-Ахтарск. Ситуация ещё хуже. Людей старше 60 лет — более 30%. Молодёжь уже сейчас выезжает оттуда. Обратно почти никто не возвращается.
Темрюк. Держится чуть лучше — удачное расположение относительно новой трассы. Но тенденция та же.
«В Приморско-Ахтарском, Щербиновском и Ейском районах наблюдается "очень высокий уровень депопуляции и очень высокий уровень старения" населения», - пишет newtambov.ru, ссылаясь на Ольгу Архипову (кандидата технических наук) и Тамару Тарасову (кандидата социологических наук) из Южного научного центра РАН.
Что ждёт Приморско-Ахтарск через 15 лет
Картина не для слабонервных, но посмотреть на неё стоит. Хотя бы для того, чтобы понять: «так будет всегда» — опасное заблуждение.
Вот что произойдёт, если ничего не менять.
Сокращение населения. Естественная убыль. Люди старшего возраста уходят. Новые не приезжают. Молодёжь не остаётся.
Обесценивание недвижимости. Уже сейчас объекты в Приморско-Ахтарске продаются годами. Когда высвободится масса наследной недвижимости, начнётся демпинг. Жильё можно будет купить за копейки. Но кому оно нужно, если работы нет?
Рост тарифов. Город проектировался на 50 000 жителей. Если останется 20 000 — коммунальную инфраструктуру некому будет содержать. Тарифы вырастут. Кратно.
Закрытие социальных учреждений. Школы, детские сады, ФАПы — у них есть рентабельность. Когда детей и пациентов становится слишком мало, учреждения оптимизируют. Закрывают. Объединяют.
Смерть коммерции. Маленький рынок при большой конкуренции не выживает. Магазины, кафе, парикмахерские — всё, к чему привыкли, будет закрываться. Останется один-два магазина на весь город.
Отток молодых кадров. Отсутствие работы запускает процесс, который уже идёт. Молодёжь уезжает. Не возвращается. Город стареет и вымирает.
Приморско-Ахтарск через 14–15 лет может стать по населению меньше станицы Новотитаровской. Вы только вдумайтесь: город, который звучал, на который делали ставки, превратится в точку на карте.
А есть ли шанс?
На первый взгляд — кажется, что можно привлечь «IT-кочевников», раздавать землю под гарантии строительства. Но это битва, которая уже проиграна. Потому что IT-специалист поедет туда, где есть инфраструктура. А в Приморско-Ахтарске её нет.
Нужно работать с той аудиторией, которая уже есть. И с теми, кто потенциально может приехать. Но это уже совсем другая история.
Вместо вывода
Бойтесь своих желаний. Сильно бойтесь. Потому что они могут сбыться.
Кто-то мечтает, чтобы «понаехавшие» уехали. Но если это случится, Краснодар рискует превратиться в Ростов — город, который проиграл битву за человеческий капитал. А маленькие города на Азовском море уже сейчас показывают, что происходит, когда людей становится меньше.
Человек — это ресурс. Дорогой, который нельзя вырастить за год или два. И когда он уходит — город умирает. Это не страшилка. Это демография.
Ранее мы писали, О чём молчат риелторы в Сочи: жить у моря круглый год — это мазохизм. Идеально иметь две квартиры. А если нет — подумайте десять раз и Город на Азовском море теряет пенсионеров и туристов: почему он вымирает — и что будет через 15 лет, если ничего не менять