Почему раньше не брали на работу людей старше 50, а сегодня всё изменилось: только мало кто из них хочет

Ещё недавно в российской корпоративной культуре существовало негласное правило: за 50 — ты «предпенсионер», за 60 — «устаревший актив». Неважно, насколько крепким было твоё здоровье, насколько глубоким — профессиональный опыт. В глазах многих HR-менеджеров человек старше полувека автоматически превращался в обузу: медлительный, необучаемый, «дорогой» по сравнению с «молодыми и перспективными».

Ирония в том, что эти самые «молодые» зачастую приходили с дипломом и нулевым опытом, но с требованием «знаний отрасли за 10 лет». В то же время мастер своего дела, способный выточить деталь с микронной точностью, мог годами работать без единой ошибки — и всё равно оказывался «лишним», как только наступал возраст, приближённый к пенсии.

Но времена меняются. И сегодня — не из-за доброты работодателей, а из-за острой нехватки кадров — отношение к зрелым специалистам начало меняться. Только вот сами эти специалисты всё чаще отвечают на приглашения решительным «нет».

Мастер, которого уволили… от собственного успеха

У одного автора есть знакомый — Николай Петрович, станочник от Бога. В его руках токарный, фрезерный и сверлильный станки работали как продолжение тела. Он освоил ЧПУ, несмотря на возраст, а по выходным вырезал из дерева иконы, гербы и подносы — не для души, а на заказ. Коллеги уважали, начальник ценил, завод без него терял в производительности.

Но когда ему исполнилось 65, кадровая служба — во главе с племянницей гендиректора — без колебаний отправила его на «заслуженный отдых». Никаких компромиссов, никаких исключений. «Нужны молодые!» — прозвучал вердикт, несмотря на протесты цеха и самого Петровича, который чувствовал себя в отличной форме и был готов работать дальше.

Для него это стало не просто обидой — это был настоящий экономический удар. Пенсия в 17 тысяч рублей против прежней зарплаты в 60–70 — и при этом коммунальные платежи «съедали» от четверти до половины дохода. Но вместо того чтобы смириться, Петрович проявил редкую в его возрасте инициативу: он открыл собственную мастерскую в гараже.

Старый станок запылился, но не сломался. ЧПУ-оборудование переехало из дома. Вскоре он уже выполнял заказы — от металлических втулок до деревянных сувениров. Заработка хватало не только на покрытие расходов, но и на трёх-четырёхкратное превышение пенсии. Он работал в удобном ритме, без начальства над душой, с возможностью помочь жене по дому и сохранить спокойствие.

Когда завод вернулся — он уже не нуждался в нём

Прошло два года. На предприятии хлынула волна текучки, а за забором, вопреки прежним фантазиям HR-отдела, не стояла очередь из желающих. Наоборот — людей не хватало. Начальник цеха, с болью в сердце, позвонил Петровичу: «Вернись, ты нам жизненно необходим». Обещали «золотые горы», личное сопровождение, особые условия.

Петрович согласился прийти. Но в кадровой службе его встретили не как мастера, а как соискателя. Молодая сотрудница — та самая, что когда-то подписала его увольнение, — выдала стандартный тест:
— Кем вы себя видите через 20 лет?
— Почему хотите работать у нас?
— Какая зарплата вас устраивает?

На первый вопрос он ответил честно: «В гробу».
На второй — назвал имя начальника цеха.
А на третий — услышал: «У нас пенсионеры на простых станках получают 60–70 тысяч. Это же подработка для вас».

Для Петровича это прозвучало как издевка. Ведь ровно столько же он зарабатывал у себя в гараже — без дороги, без подчинения, без ожидания, пока ему разрешат выйти в туалет. При этом в такси или службе доставки платили вдвое больше за работу, не требующую десятилетий опыта.

Он встал, сказал всё, что думает, и ушёл. Больше не вернулся.

Новая реальность: работодатели в поиске, а специалисты — в выборе

Случай Петровича — не исключение, а зеркало эпохи. Сегодня в России остро не хватает квалифицированных рабочих: сварщиков, токарей, наладчиков, инженеров. Молодёжь уходит в IT, маркетинг, логистику — туда, где нет станков, пыли и смен. А те, кто годами оттачивал мастерство, всё чаще отказываются возвращаться в систему, которая однажды их отвергла.

Изменения диктует не гуманизм, а рынок. Работодатели начинают понимать: возраст не равен неэффективности. Зрелый сотрудник — это стабильность, ответственность, минимальный процент ошибок и отсутствие необходимости в обучении основам профессии.

Но проблема в том, что многие кадровики до сих пор мыслят шаблонами. Им сложно представить, что человек за 60 может быть амбициозным, технически грамотным и физически активным. Они продолжают задавать абсурдные вопросы, предлагать унизительно низкие ставки и требовать «адаптации к корпоративной культуре».

В то время как настоящие мастера уже нашли своё пространство — в гаражах, на фрилансе, в малом бизнесе. Они больше не зависят от чужого расписания, чужих прихотей и чужих предрассудков.

И поэтому, когда завод зовёт их обратно, они могут спокойно ответить: «Спасибо, но я уже на пенсии — от вас».

Источник: dzen.ru

Читайте также:

Нужно ли мыть яйца перед готовкой? В Роскачестве поставили точку Болезнь отсеивает друзей: 5 мудростей Леонида Филатова - он понял все в конце жизни. Запомните их раз и навсегда Зачем водители паркуются с вывернутым рулем - 3 главные причины. Про низ знают только опытные Один трюк превратит макароны в полезный гарнир - шеф-повар раскрыл секрет. Берите на заметку 11 приборов, которые никогда нельзя подключать к удлинителю. Запомните раз и на всю жизнь