«Голодным не останешься, но кошелёк похудеет»: честный обзор цен на еду в аэропортах Москвы

В ожидании рейса в аэропорту Шереметьево можно заметить не только очередь на регистрацию, но и внушительные ценники в кафе — «Крошка Картошка», «Грабли» и «Му-Му», знакомые по улицам Москвы.

На первый взгляд, это те же заведения с теми же названиями, теми же блюдами — но стоимость оказывается вдвое, а то и втрое выше. Почему так происходит? Ответ кроется не в качестве, а в условиях бизнеса внутри аэропортовой зоны.

Цены на еду и напитки в московских аэропортах формируются под влиянием нескольких факторов. Во-первых, аренда помещений здесь крайне дорогая — коммерческие площади ограничены, а спрос со стороны крупных сетей высок. Во-вторых, конкуренция минимальна: пассажир не может просто выйти за пределы зоны вылета и найти более дешёвый вариант — он находится в «закрытой среде», где выбор сводится к нескольким операторам. Это создаёт так называемый каптивный рынок: человек готов платить больше, потому что ему некуда идти, а голодать не хочется. Кроме того, логистика — доставка продуктов, хранение, обслуживание персонала — требует дополнительных затрат, которые также закладываются в стоимость. Всё это, в сочетании с инерцией ценообразования и слабым внешним контролем, приводит к тому, что даже простая порция картофеля или кофе обходится значительно дороже, чем в городе.

Сравнение реальных цен показывает разницу, которая поражает. В «Крошке Картошке» запечённый картофель с начинкой — основное блюдо сети — в аэропорту стоит от 600 до 700 рублей, включая оплату за основу (сыр, масло или укроп) и наполнитель. При этом в обычном кафе столичного района аналогичная порция — около 100 рублей. Сама структура блюда вызывает вопросы: порция картофельного пюре весом около 150 граммов с добавлением 50–60 граммов начинки выглядит скромно, особенно если сравнивать с заявленной аппетитностью на баннерах. Многие пассажиры отмечают, что одной порции явно недостаточно для сытого обеда.

В ресторане «Грабли», оформленном как современная столовая с самообслуживанием, цены также резко отличаются от городских. Пирожок с мясом — 279 рублей, с картошкой — 249. Сельдь под шубой (140 г) — 459 рублей, котлета по-киевски (170 г) — почти 1300 рублей. Для сравнения: в обычной столовой Москвы эти же блюда стоят в два-три раза дешевле. Кофе в аэропорту — 419 рублей, тогда как в соседнем районе — 179. Даже такие базовые продукты, как гречка с овощами или кабачки, обходятся в 299–499 рублей, тогда как в городе — 100–150. Визуально блюда выглядят аккуратно, аппетитно, но их цена не соответствует ни объёму, ни качеству, которое можно получить вне аэропорта.

«Му-Му» — классическая столовая с нержавеющими лотками, традиционными блюдами и минимальным количеством посетителей — предлагает ещё более яркий контраст. Борщ — 429 рублей, Оливье — 306, пирожок с капустой — 200. Особенно удивляет цена на язык отварной — 829 рублей за 100 граммов, или медовик — 525 рублей за 100 г. Куринный оладушек «Кокорито» (75 г) — 429 рублей. При этом в обычной городской столовой аналогичные блюда стоят в пределах 150–300 рублей. Разница очевидна: не в составе, не в технологии приготовления — а в месте продажи.

Пассажиры, находящиеся в зоне вылета, оказываются в условиях ограниченного времени, физической изоляции и отсутствия альтернатив. Их выбор — купить здесь или остаться без еды. Именно эта психологическая и логистическая зависимость позволяет операторам удерживать высокие цены, не опасаясь потери клиентов. Несмотря на то, что качество пищи в большинстве случаев остаётся приемлемым, а порции — стандартными, сам факт необходимости переплачивать за доступность создает ощущение несправедливости.

Тем не менее, многие продолжают покупать — не потому что хотят, а потому что не могут не сделать этого. В аэропорту еда — не роскошь, а необходимость, и цена становится вторичной. Это не просто экономический феномен — это особая форма потребления, где удобство и время стоят дороже денег. И пока аэропорты останутся закрытыми пространствами с ограниченным числом поставщиков, такой баланс будет сохраняться — даже если в голове всё ещё звучит вопрос: «А почему именно здесь?»

По материалам Дзен-канала "Зоркий".