Как Прованс превратился из бедной провинции в символ романтики: роль эпидемии, лаванды и одного парфюмера
Прованс сегодня ассоциируется у многих с идиллией: бескрайние поля лаванды, тёплый морской бриз, деревянные столы под открытым небом, застеленные клетчатой скатертью, и аромат свежего багета.
Этот регион Франции стал символом уюта, стиля и сельской красоты, мечтой миллионов туристов. Однако за этой сказочной картинкой скрывается совсем другая история — история бедности, запустения и экономического упадка, из которого регион вышел благодаря сочетанию случайностей, медицинской катастрофы и изобретательности одного человека.
Ещё в начале XX века Прованс был одной из самых бедных провинций Франции. Несмотря на живописное побережье Лазурного берега, куда съезжались богачи и аристократы, внутренние территории региона напоминали глухую сельскую местность. Большинство жителей занимались традиционным сельским хозяйством, но из-за изменений климата и истощения почв доходы были минимальными. Многие крестьянские хозяйства не выдерживали конкуренции, а молодёжь стремилась уехать в города или на побережье, где можно было заработать на работе в гостиницах, ресторанах или на стройках. В результате целые деревни оказались заброшенными. По современным данным, в Провансе насчитывается более 700 поселений с населением менее десяти человек — многие из них так и не были заселены даже в рамках программ, предлагающих жильё за символическую плату.
До середины XX века жизнь местных жителей мало напоминала ту самую «прованскую мечту». Традиционные дома, которые сегодня романтизируют как образец деревенского шарма, на самом деле были простыми, тесными постройками с минимальными удобствами. Кухни, теперь воспроизводимые в интерьерах по всему миру, были скромными и функциональными, а не декоративными. Подлинная трансформация региона началась не по воле природы или традиций, а благодаря конкретным историческим событиям и личности, которая изменила судьбу Прованса.
Ключевую роль в этом сыграл Рене-Морис Гаттефосс — французский парфюмер, чья семья владела лавандовыми плантациями в Алжире. В конце XIX века, когда климат в Северной Африке стал менее благоприятным для выращивания лаванды, Гаттефосс обратил внимание на Прованс. Он увидел потенциал в этом регионе, но также был шокирован уровнем бедности местного населения. Вместо того чтобы просто перенести производство, он начал активно закупать лаванду у местных крестьян, давая им стабильные заказы и стимулируя расширение посевов.
Однако настоящий прорыв произошёл благодаря двум событиям. Первое — пандемия «испанки» в 1918–1920 годах. Гаттефосс предложил использовать лавандовые ароматы в больницах: диффузоры с лавандовым маслом помогали смягчать напряжение, улучшать сон и, по наблюдениям врачей, снижали уровень тревожности у пациентов. В условиях отсутствия эффективных лекарств от вируса любой метод, способствующий улучшению состояния больных, воспринимался всерьёз. Лаванда получила репутацию средства, обладающего успокаивающим и даже оздоровительным эффектом.
Второе событие — личная трагедия самого Гаттефосса. В 1910 году он получил сильный ожог на производстве, и у него началась газовая гангрена — смертельно опасное осложнение, не поддающееся лечению в отсутствие антибиотиков. Отказавшись от госпитализации, парфюмер обработал рану лавандовым маслом. К удивлению врачей, инфекция сошла, а рана зажила за несколько дней. Этот случай стал отправной точкой для изучения антисептических и регенерирующих свойств лавандового масла. Гаттефосс стал одним из первых, кто использовал термин «ароматерапия», и заложил основы нового направления в медицине и косметологии.
С этого момента лаванда превратилась из второстепенной сельскохозяйственной культуры в главный экспортный продукт Прованса. Её начали выращивать в промышленных масштабах, а лавандовое масло — производить для парфюмерии, фармацевтики и бытовой химии. Поля лаванды, некогда редкое зрелище, покрыли холмы региона, придав ему узнаваемый облик. Этот образ был активно популяризирован в прессе, кино и рекламе, превратив Прованс в символ природной красоты и сельской гармонии.
Так из бедной, забытой провинции родился один из самых романтизированных регионов мира. Однако за этой романтикой — не врождённая эстетика, а история выживания, адаптации и редкого сочетания науки, бизнеса и удачи. Сегодня, когда миллионы мечтают о «прованской жизни», немногие задумываются, что её основу заложил не дух местных традиций, а изобретательность одного человека и трагедия эпохи.
По материалам Дзен-канала "Стеклянная сказка".
Читайте также:
Для пригоревших кастрюль: 3 “ленивых” метода избавят от нагара за считанные минуты: и никакой едкой химии не нужно Избавляюсь от пыли с помощью обычного пакета: метод уборки «сухое сухим»: о нем знают лишь избранные клинеры 1 чашка на 1 ведро: наливаю этот напиток в ведро и протираю им пол: все сверкает как в дорогом отеле и без разводов Драила квартиру после жильцов 12 часов. Есть 3 самых грязных места, которые меня привели в ужас